12.01.2017
Армейский беспредел в Бурятии: денежные поборы, унижения и смерть солдат
В Кяхте один за другим по непонятным причинам погибают солдаты

Модернизация Российской армии, начавшаяся несколько лет назад, была призвана повысить  престиж вооруженных сил. И в последние годы казалось, что рывок вперед сделан – в военкоматы потянулись призывники, по доброй воле желающие отдать долг родине. Однако в некоторых воинских частях Бурятии до идеального порядка еще далеко. Так, в Кяхте один за другим по непонятным причинам погибают солдаты. Удивительно, но в XXI веке солдатам в армии не хватает элементарных вещей – одежды и обуви. А роль «дедов» на себя взяли контрактники.

Цепочка из смертей

Кяхта – пограничный город, военных здесь очень много, как призывников, так и тех, кто служит по контракту. Но в последние годы родителям солдат все чаще приходят страшные сообщения о смерти их сыновей. Во многих случаях это суицид, реже – несчастный случай.

В 2011 году вернулся в цинковом гробу из воинской части юноша из Нижнего Тагила. Причина смерти – суицид. В  конце 2015 года в войсковой части № 69647 в Кяхте покончил с жизнью 18-летний житель Улан-Удэ. Дальше смерти солдат шли одна за другой. Спустя всего несколько месяцев на полигоне погиб призывник из той же части. Трагедия произошла во время боевых стрельб. Причиной смерти стало огнестрельное ранение в голову. Потом точно так же погиб еще один солдат из города Бийска.

В конце 2016-го еще один страшный и нелепый случай унес жизнь молодого солдата. Срочник из Челябинска погиб во время учений под колесами боевого «КамАЗа». По предварительным данным, и со стороны водителя грузовика, и со стороны военнослужащего были нарушены правила техники безопасности.

Когда начинаешь собирать воедино все эти смерти, невольно возникают вопросы: может ли быть случайностью цепочка этих страшных смертей; и что происходит там, за закрытыми дверями войсковых частей, если молодые, здоровые парни предпочитают добровольно уйти из жизни, чем дослужить несколько месяцев до долгожданного приказа?

Куда уходит «дедство»?

В 2016 году в адрес уполномоченного по правам человека в Бурятии Юлии Жамбаловой, а также омбудсмену Ханты-Мансийского автономного округа от родителей солдат из Югры поступил ряд жалоб. Родители солдат, которые проходят срочную военную службу в войсковой части в Кяхте, просили узнать, как живут их дети. И в конце года оба уполномоченных выехали туда с проверкой.

Во время проверки уполномоченные увидели, как в одной из комнат, где живут солдаты-срочники, вольготно раскинувшись на чужой кровати, «отдыхал» один из офицеров. На просьбу уполномоченного представиться и объяснить, что он здесь делает, офицер лежа пояснил, что отдыхает. Посещая один из батальонов, уполномоченный стала свидетелем общения старшины роты с солдатами «методом крика и мата». Все это происходило в присутствии командира роты.

Во время второй проверки Юлия Жамбалова стала свидетелем разговора между контрактником и солдатом, стоявшим на карауле возле двери. Просьба со стороны старшего по званию выпустить его из здания сопровождалась порцией того же забористого мата и унижения в сторону молодого военнослужащего.

Не осталась без внимания и презрительная реплика одного из офицеров в сторону призывников. Смысл высказываний заключался в следующем: «Срочники сами виноваты, что к ним так относятся».

По итогам поездки в военную прокуратуру направлено заявление с просьбой проверить информацию о денежных поборах с солдат. Например, стало известно, что на «Дембельский аккорд» ребята сдают по шесть тысяч с человека. Однако то, что сдают, если не все без исключения, то большинство, наводит на мысль об обязательности денежных сборов. И моментально всплывают воспоминания о забытой дедовщине из 90-х.

Блеск и нищета

Положительные изменения, конечно, есть: это возможность полноценно питаться и получать качественную медпомощь. В части созданы условия для занятия спортом, есть комнаты отдыха, прекрасная библиотека и музей боевой славы. Но, как оказалось, всегда найдется то, что перечеркивает все плюсы. В первую очередь это бытовые мелочи, которые призваны сделать прохождение воинской службы эффективным и комфортным. Именно их порой напрочь игнорирует командование части.

В идеале армия должна сделать из мальчика настоящего мужчину и бойца. Но в Кяхтинской части старшие порой относятся к солдатам-срочникам, как к тяжелой обузе, которая мешает им жить и работать.

Например, при проверке комнат, где живут трое-четверо солдат-срочников, омбудсмены обнаружили одну тумбочку на всех. На вопрос, почему солдатам не могут предоставить еще одну небольшую тумбочку, командование разводило руками: мол, на всех этой мебели не хватает и, вообще, их «не выдают». Каково же было удивление уполномоченного, когда она заглянула в комнату к контрактникам. Все условия для комфортного и красивого проживания были созданы: здесь и уютные пледы на кроватях, и телевизор, и три казенные тумбочки на одного человека. Здесь есть все, что для простых солдат – дефицит.

Следующая «мелочь» – отсутствие на многих этажах баков с питьевой водой. Практически везде проверяющих уверяли в том, что баки на самом деле есть, просто их прямо в этот момент солдаты унесли наполнять, скоро вернут и поставят на место. А там, где емкости для воды нашлись, они часто или сломаны, или пусты.

Еще один парадокс, который шокирует своей абсурдностью, – военная форма, которую выдают на три года. То есть под солдата-новобранца ростом под метр семьдесят заказывают форму – все, от перчаток до обуви. Отслужив год, молодой человек демобилизуется, и… форма переходит «по наследству» другому призывнику, скажем, ростом метр шестьдесят.

Юлия Жамбалова увидела в войсковой части дивную картину – призывники бегут на учения, старательно волоча по земле длинные штанины. Рукава бушлатов приходится подворачивать, а сами бушлаты больше похожи на пальто до колена. Каким образом солдат должен быстро передвигаться в таком обмундировании – загадка. Обувь, к слову, тоже служит разным хозяевам три года. Как следствие, грибок стопы у многих срочников. Омбудсмен стала свидетелем того, когда в морозном декабре у солдата на ногах была осенняя обувь. Руководство части парировало: нет нужных размеров. Правда, после проверки они сразу же нашлись.

Но больше всего поразили рукавицы и перчатки, в которых солдаты ходят на учения. Со слов проверяющих, их даже нельзя назвать дырявыми. Справедливости ради стоит сказать, что и эту оплошность командование исправило после первой проверки. Срочников обеспечили теплой и сравнительно новой «одеждой для рук» ко «второму пришествию» омбудсменов.

– Хочу отметить, что именно войсковая часть в Кяхтинском районе имеет столь неоднозначную репутацию, и наши проверки – тому подтверждение. У нас состоялись встречи с командованием 36-й армии, военной прокуратурой Кяхтинского гарнизона. У руководства 36-й армии есть понимание, что эти проблемы нужно решать, и сегодня предпринимаются конкретные меры. В свою очередь, я встретилась с главой Кяхтинского района и попросила активизировать работу с ребятами, которые служат по контракту. Ведь в основном это жители района. В этом году мы намерены и в дальнейшем уделить самое пристальное внимание условиям прохождения службы срочников в воинских частях Бурятии, – отметила омбудсмен.

После всего увиденного вывод напрашивается один: пока в каждой отдаленной войсковой части не будет порядка, уважения и четкой дисциплины, не только для срочников, но и для вышестоящего руководства, ни о какой эффективной армии не может быть и речи.

P.S. Тем временем проверки воинских частей продолжаются. Если у жителей Бурятии есть жалобы, связанные с прохождением срочной воинской службы, они могут обратиться к уполномоченному по правам человека, позвонив по телефону: (3012) 21-46-45 или написать жалобу на электронную почту: [email protected].

Ирина Соколова, «Номер один»
Фото: russianstock.ru
Социальные комментарии Cackle
^