01.06.2016
Левый берег – деревянное крыло Улан-Удэ - это не только самоволки, темные улицы и целые мириады запретных зон, на которых нельзя ставить дома

Здесь строители запасаются глиной. Бомжи решили создать на этом деле настоящий бизнес, сделав зону добычи глины своим местом работы и одновременно отчим домом. 

«Фрутоняня» для настроения

Поселок Исток. За трассой М-55 виднеются дома района Аэропорта. В середине поля выкопанные ямы и траншеи – месторождение отличной термостойкой бесплатной глины. Здесь поселились местные бомжи. Они поставили палатки и выстроили навесы. Где-то в качестве стен и потолков использованы рекламные баннеры, а кто-то пользуется старой палаткой. Выброшенные автомобильные сиденья вместо кресел и диванов, ведро для мусора, сколоченный стол. Увидев, как мы достаем лопаты и мешки, один из них радушно пошел навстречу. 

– Мужики, здорово! Зачем копать, зачем мараться? Забирайте эти мешки по 150 рублей за штуку,  – сказал мужчина в изодранной куртке, показывая на мешки с глиной. 
Мужчина представился как местный житель Тумэн. С разных сторон из ям высовывались головы его коллег, чтобы посмотреть, кто приехал. Видно было, что Тумэн навеселе и его тянет с кем-нибудь поболтать. 

– Я же пять лет назад жил в Тунке, в Кырене. Семья и дети, все нормально было. Потом денег не стало хватало, и я поехал зарабатывать в Улан-Удэ. Сначала вроде работал, все получалось. А потом… - Тумэн махнул рукой. 

Мужчина залез в свою палатку. Мы за ним. Местные жители сидят на автомобильных сиденьях, под ногами всюду разбросаны стеклянные баночки с этикеткой «Боярышник». Двое мужиков пускали по кругу полуторалитровую бутылку с прозрачной жидкостью. В воздухе повис запах перегара.

– Это что? Вы «Боярку» пьете?

– Ага, это «Фрутоняня» по-нашему, стоит не много, одну разводишь на литр воды, и все. Порой лучше водки.

Избивают для развлечения

По словам местных жителей, бизнес их вполне прибыльный. Вот только в последнее время конкурентов стало побольше: 

– Раньше в сезон за день можно было заработать около двух тысяч рублей, сейчас поменьше. Кризис, видимо. Да и многие сами копают. 

Еще недавно по карьеру было разбросано много палаток. Теперь осталось несколько. Возле одного из импровизированных жилищ жизнь бьет ключом. Кто-то копает глину и расфасовывает ее по мешкам, кто-то разводит костер. Из еды разодранная, почти высохшая булка хлеба, самая дешевая лапша быстрого приготовления и чай в пакетиках. На вопросы о лучшей жизни Тумэн отвечает мечтательно. Говорит, мол, если бы кто-нибудь дал ему «копеечку», то он бы сразу превратился в успешного бизнесмена и забыл бы напрочь об алкоголе. А вот более сложный путь, обычная жизнь через труд, пот и нервы – это, мол, не к нему. Наше предложение обратиться за помощью в центр поддержки бездомных «Шанс» было отвергнуто моментально.

В разговор влез напарник Тумэна. Из-за навеса были видны только ноги в рваных зимних ботинках и засаленные от грязи, порванные джинсы. Мужчина пожаловался, что их часто притесняют «любители острых ощущений»: 

– Приезжают сюда разные пьяные или обколотые щеглы и начинают нас тут гонять, кого поймают, того лупят битами своими и запинывают ногами. Вчера ночью, вон, все сожгли: палатки, навесы, даже мой велосипед. 

Сами по себе

После вопросов о семье, доме настроение Тумэна резко упало. 

– А что семья? Она, наверное, уже и не помнит меня. Жена несколько лет назад приезжала и сказала, что больше в Кырене меня никто не ждет. А нам и тут хорошо, мы тут как короли. Зимой полезем обратно в люки и будем собирать банки, да как-нибудь выживать, бывалые уже. Весной обратно в карьер к глине, мы уж тут за три года все знаем, – выждав паузу, Тумэн добавил: – Кому мы нужны? Никому. 

Тумэн пошагал к своим соседям, тяжело переваливаясь с ноги на ногу и слегка покачиваясь, как фрегат в полный штиль. Жизнь глиняных королей протекает бесцельно. Хотя они якобы самодостаточны: на «боярышник» им хватает, а другие траты их не интересуют. Да и к переменам в жизни они готовы меньше всего, потому как рассчитывать не на кого, а самим отвечать за свою жизнь – лень. 

Как рассказали нам в республиканском центре социальной адаптации «Шанс», «глиняные бизнесмены» далеко не первые бездомные, которые предпочитают жизнь в палатках комфортным условиям. Всем им не подходят правила Центра. 

– У нас главное правило проживания в центре - это трезвость. В алкогольном опьянении не принимаем. Проживая у нас, с семи утра до шести вечера граждане могут выходить за пределы центра и заниматься чем им угодно. Некоторые из них идут на работу. Но если они приходят пьяными, мы их не пускаем. Разве что только зимой, чтобы не замерзли, – говорит сотрудник центра «Шанс» Валентина Андрианова. 

Также в «Шансе» отметили, что они ежемесячно проводят рейды, по результатам которых примерно только двое из тридцати становятся постояльцами их учреждения. 

Баир Цыдыпов, для «Номер один». 

^