10.08.2016
33 поселка республики живут, «под собою не чуя земли»

Они появились в 1950-х годах прошлого века, когда Бурятию активно осваивали. Поселки были созданы при лесозаготовительных предприятиях и там существуют поныне. Проблема в том, что юридически они не оформлены как населенные пункты.

Лесное бесправие

Указанные поселения как таковые поселками назвать сложно. Поселок – это административно-территориальная единица, на жителей которой полностью распространяются все гарантии. А здесь люди, увы, не входят в данную категорию.

Хотя в лесных поселках дома стоят целыми улицами...

«Жители не могут зарегистрировать право собственности на жилье и землю, требовать обеспечения транспортной доступности, обеспечения социальными объектами. Таким образом, на территории лесных поселков не реализуются некоторые конституционные права граждан», – говорит Марина Коротич, первый заместитель министра имущественных и земельных отношений Бурятии. 

С виду «лесные» деревни ничем не отличаются от обычных. Дома, улицы, магазины. Где-то есть почта, детсад. Никакого леса и медведей там нет. Однако земля, на которой они располагаются, относится к категории земель лесного фонда, а не земель населенных пунктов. Отсюда все беды жителей, которых, к слову, насчитывается несколько тысяч.

Такие поселения раскиданы по разным районам республики. Например, Бурля в Прибайкальском районе. Гусиха, Журавлиха – в Баргузинском районе. В Северо-Байкальском – Солнечный, Лесной, Томпа, Ченча….

Получается, что дома являются «самоволками». Ведь земельные участки, которые они занимают, не оформлены гражданами ни в собственность, ни в аренду. Эта земля является федеральной собственностью, и участки под домами, в толковании современного законодательства РФ, – самозахваченные.

В последнее время в лесном фонде началось движение, как будто решили начать подготовку к наведению порядка.

«Земли лесного фонда стали по лесничествам межеваться и ставиться на кадастровый учет. И выявляются случаи пересечения границ лесного фонда домами, возникают судебные споры. В судах Агентство лесного хозяйства применяет лесоустроительные документы 1980-х и 1990-х годов», – отмечает Марина Коротич. 

Лесников тоже можно понять. Если жители вдруг станут виновниками пожара в лесу, то встанет вопрос: как вы допустили существование в лесном фонде «самоволок» с жильцами?

В некоторых местах Бурятии лесники предъявляют претензии к реальным населенным пунктам, которые «расползаются», и дома занимают лесные территории. В лесных самоволках судебных «гонений» не происходит.

Мечтают «выйти из леса»

«Заблудившиеся в лесу» люди хотят, чтобы в статусе лесных поселков Бурятии был наведен порядок. Можно ли перевести землю под 33 поселками в категорию «земли населенных пунктов»? Можно. Есть специальная процедура. 

«В соответствии с федеральным законом земли, на которых расположены ранее созданные в целях освоения лесов поселки в границах земель лесного фонда, подлежат переводу в земли населенных пунктов. До перевода из одной категории в другую лесные поселки продолжают оставаться в категории земель лесного фонда. И там полностью сохраняются требования лесного законодательства  (в т.ч. в части использования и охраны)», – говорит наша собеседница.  

Чтобы навести порядок и придать правильный статус лесным поселкам, на местах надо включить их в границы населенных пунктов, отразить это в генпланах поселений. Однако при включении земли в черту населенных пунктов надо провести согласование с Рослесхозом. 

Действительно, ну что стоит Рослесхозу взять и отдать 33 куска земли, где реально давным-давно нет тайги, стоят дома, выросли новые поколения жителей? Но на деле заварилась такая каша, что ничего не меняется многие годы. Возможно, это связано с отсутствием конкретики в согласовании.

«Основания для отказа в таком согласовании фактически законодательством никак не регламентированы и могут объясняться только общими положениями лесного законодательства. Нет норм, которые бы это системно и комплексно регулировали. Нет механизма, который определил бы, в каком случае Рослесхоз может отказать, а в каком нет», – говорит Марина Коротич. 

Бурятия постоянно поднимает проблему лесных поселков на федеральном уровне и ведет очень жесткие дискуссии. Вместе с другими регионами удается добиться сдвигов. 

«В марте нынешнего года было очередное совещание, в котором мы приняли участие. Есть понимание, что лесным поселкам надо придавать статус полноценных населенных пунктов», – говорит первый заместитель министра. 

В регионах РФ сейчас идет инвентаризация лесных поселков и выясняется: как согласовывались генпланы, что включалось в черту населенных пунктов, как попали земли лесного фонда, были ли возражения лесников и др. 

В этом году российское правительство разработало законопроект, дабы внести изменения в Земельный и Лесной кодексы.

«Законопроект предлагает придать лесным поселкам статус полноценных населенных пунктов», – обнадежили в бурятском минимущества.

Фактор Байкала

Сложность не только в путаных деревенских генпланах или ожидании корректировки Земельного кодекса РФ по поводу превращения лесных поселков в обычные населенные пункты.

12 из 33 лесных поселков находятся в центральной экологической зоне Байкальской природной территории. «Это вообще особая проблема», – констатирует Марина Коротич. 

В настоящее время разрабатывается законопроект о внесении изменений в закон «Об охране озера Байкал» с целью снятия запрета на перевод земель лесного фонда под лесными поселками в  земли населенных пунктов. 

Будем надеяться, что проблемы жителей лесных поселков разрешатся, и лесных изгоев больше не будет.

Петр Санжиев, «Номер один».

^