10.12.2016
Участник войны в Чечне вместо нормального жилья получил обгоревшую лачугу

Житель Прибайкальского района получил от администрации родного поселка Таловка не квартиру, а пепелище. Положенное ему по закону жилье оказалось выгоревшей «хрущевкой» без входных дверей и батарей, в которой когда-то проживали больные туберкулезом люди. 

«Лохматина»

Счастливым новоселом Сергея Гребенщикова назвать сложно. Квартиру, в которую он заселился этой осенью, даже сложно вообще назвать жилым помещением. На фотографиях, сделанных новым жильцом в первые дни заселения, сплошь «черно-белая графика» – стены и потолок  будто выкрашены углем. На стенах – вздувшаяся краска, а пол завален мусором. 

– Эта квартира находится в центре поселка, в хорошем многоквартирном доме, – показывая фотографии, объясняет ее новый хозяин. – В ней жили алкаши, которые устроили пожар. Их спасли, а сгоревшая квартира так и осталась стоять брошенной. 

Сергей Петрович ласково называет свою новую квартирку «лохматиной». Терпеливо, хозяйской рукой он вот уже пару месяцев ремонтирует пропащую жилплощадь. За свой счет. Где с зарплаты эмульсионки купит, где ДВП, где гвозди достанет. Потихоньку приводит в порядок свои 33 квадрата, ставит окна, двери, сантехнику, делает полы и межкомнатные перекрытия.                   

– Восемь человек стояло передо мной в очереди на жилье, и все отказывались от этой квартиры, – рассказывает Сергей. – Ну, а мне куда было деваться? Мне жить негде, вот я и взял ее.  

Свой замок

Сергею как-то давно не везет с жильем. Несколько лет назад он с семьей жил в знаменитом таловском доме, называемом местными «церквушкой» или «замком». Красивое кирпичное здание с башенками выделяется на фоне типовых домов и видно даже с байкальской трассы. Некогда добротное здание за десяток лет превратилось в пустующий остов, а в квартирах улучшенной планировки теперь гуляет ветер. 

Так сложилось, что сначала ВСЖД передала дом на баланс Прибайкальского района, затем появились проблемы с котельной, потом с управляющими компаниями. В итоге «церквушка» осталась без отопления, света и воды. 

Сергей Гребенщиков тогда первым из замерзающих жильцов многострадального дома поставил в квартире буржуйку и провел автономное отопление. Благо сам слесарь-сантехник. Одну из комнат квартиры приспособил под кочегарку, на свои деньги настроил систему отопления, а потом таскал на третий этаж дрова, чтобы дети не замерзли. 

Тогда Сергей тоже надеялся только на себя, но воскресить «замок» не удалось – дом пал. Сергей выписался из умершего дома и пошел искать помощи у властей. 

Сергей Петрович – ветеран Второй чеченской кампании и имеет право на льготы. Среди прочих ему положена льгота на улучшение жилищных условий. С просьбой предоставить ему положенное по закону жилье мужчина обратился в поселковую администрацию.  

– Я вынужден был взять эту квартиру, у меня не было другого выхода, – с сожалением вспоминает Сергей. – Мне пришлось в соцзащите отказаться от сертификата на приобретение жилья. Как они мне объяснили – денег нет, и не известно, будут ли. Я решил, лучше синица в руках, и согласился взять то, что предлагают.  

Однако затраты на восстановление запущенной квартиры администрация  компенсировать не стала и снова открестилась от льготника отсутствием финансирования.

– В любом случае они должны были сначала произвести ремонт этой квартиры, а уж потом предлагать ее людям, правильно? – возмущается правдолюб, подозревая обман со стороны властей. – Почему у администрации квартиры находятся в таком состоянии? Ведь эта жилплощадь расположена не в каком-то заброшенном доме, здесь 48 квартир, в которых живут люди и платят за капитальный ремонт.  

В ответ глава Таловки заверяет, что никто насильно не заставлял ветерана брать сгоревшую квартиру.  

– Товарищу было разъяснено, что в муниципалитете нет квартир, строительство нового жилья не ведется. Но есть квартиры, которые находятся в плохом состоянии, и нам их тоже нужно кому-то определять. Мы предложили ему эту квартиру, и он добровольно согласился взять ее и восстановить за свой счет, – поясняет Олег Саламаха, глава поселка. 

Новый сюрприз

Понятно, что заехать в «лохматину» Сергея заставила безысходность. А как жить теперь,  не известно – ремонт требует все новых и новых средств. Оказавшись в новой «квартире» без батарей, новосел ежемесячно платит по две тысячи за электричество. А между тем у ветерана растут трое детей. Старшие дочери живут с бывшей гражданской женой Сергея, а младший сын теперь обитает вместе с папой. 

Кроме всего прочего, на днях Сергей узнал, какую тайну все это время скрывала его новая квартира, после чего всерьез забеспокоился о здоровье своего сына.  

– Сегодня выяснилась еще одна неприятность, – сообщил по телефону Сергей Петрович. –  Оказывается, в этой квартире жили люди, больные туберкулезом. Представляете? Если бы я знал об этой заразе, конечно, отказался бы от жилья. Сегодня  с утра я сходил в детский садик, взял кварцевую лампу. Теперь буду три дня обеззараживать квартиру. А что делать? Зашел к главе администрации, спросил, почему меня никто об этом не предупредил? А он только плечами пожимает, дескать, сам не знал. 

Ветеран войны уверен: его права нарушены. По закону предоставляемое льготнику жилье должно быть, если не высокого качества, но хотя бы находиться в удовлетворительном состоянии, чего здесь в помине нет. 

– Это собственность муниципалитета, почему я должен ремонтировать ее за свой счет? Если вы предоставляете жилье, требующее больших материальных затрат, то хотя бы компенсируйте расходы на ее ремонт. А что, если бы на моем месте был инвалид или сирота, которому положена льгота? Как бы они разгребали этот аврал? Так что пока приватизировать квартиру я не буду – сначала добьюсь справедливости. И первым делом пойду в прокуратуру, – негодует Сергей Гребенщиков. 

Любовь Ульянова, «Номер один».  
^