07.09.2017
Алексей Цыденов рассказал, как население Бурятии может помочь лоббировать интересы региона в Москве

Исполняющий обязанности главы провел пресс-конференцию, на которой рассказал о принятых недавно решениях, касающихся будущего Бурятии. Многие из них открывают перед республикой неплохие перспективы. Однако лоббизм интересов региона на уровне Кремля зависит не только от политических талантов местных чиновников. Экономические успехи республики во многом зависят от того, сколько людей придет на грядущие выборы. 

Свободное небо

Сразу несколько решений, о которых поведал исполняющий обязанности главы республики Алексей Цыденов (в том числе – уровня Кремля), позволят Бурятии расширить свои логистические возможности. Одно из них – особый статус аэропорта «Байкал». Отныне над Улан-Удэ – открытое небо. Это значит, что столица республики станет эдаким перевалочным пунктом для иностранных рейсов, что даст жителям Бурятии больше свободы передвижения, расширит поток иностранных туристов, приезжающих на Байкал, и позволит снизить тарифы на авиаперевозки.

– Наш аэропорт получил пятую степень свободы. Это значит, что любой иностранный перевозчик может к нам залетать без наличия соглашения о воздушном сообщении, – рассказал Алексей Цыденов.

Сегодня нормы международного авиасообщения таковы: за исключением чартерных, все регулярные рейсы прописываются в специальных международных соглашениях. В них оговаривается количество авиакомпаний двух стран, которые доставляют людей и грузы. И есть правило: если к нам летит международная авиакомпания, то в ответ в том же направлении должна летать и наша, то есть российская. Проблема в том, что российские перевозчики не всегда готовы организовать рейсы в нужных Бурятии направлениях.

Пятая степень свободы позволяет иностранным бортам приземляться в Улан-Удэ без учета этих соглашений и правил.

– Теперь в Улан-Удэ – открытое небо. Таких аэропортов в России было всего три – Владивосток, Сочи и Калининград. Владивосток открывали под АТЭС, Сочи – под Олимпиаду, Калининград – как форпост на Запад. Больше аэропортов с таким статусом нигде нет – ни в Москве, ни в Питере, – пояснил Алексей Цыденов.

На практике это значит, что могут появиться такие рейсы, как, например, Пекин – Улан-Удэ – Париж или Сеул – Улан-Удэ – Берлин. Здесь, в столице республики, будет происходить посадка местных желающих вылететь в Европу и высадка иностранцев, желающих посетить Бурятию.

Поспособствует развитию в этом направлении и строительство новой взлетно-посадочной полосы, которое должно быть закончено в начале следующего года. Оно отбросит ограничения по массе и типу воздушных судов.

Ворота в Азию

Другая логистическая победа Бурятии – подписание международного соглашения об автомобильных перевозках по сети азиатских дорог. Речь идет о транспортном коридоре Китай – Монголия – Россия.

– Это соглашение подразумевает возможность китайских перевозчиков на своих машинах проезжать Монголию, заезжать в Россию. А в России – не далее Улан-Удэ, – отметил Алексей Цыденов. – Это создает условия для развития не только автомобильных перевозок и транзита грузов, но и для развития логистического бизнеса в Улан-Удэ.

То есть китайцы смогут ввозить сюда свои грузы, но в столице республики они должны разгрузиться, чтобы уже российские транспортные компании смогли продолжить их транспортировку. Для этого в Улан-Удэ нужно будет построить логистические склады, таможенные терминалы и прочие инфраструктурные объекты. И желающие этим заняться уже приехали к нам из Поднебесной.

– Буквально несколько недель назад большую активность проявили китайские инвесторы по строительству логистических складов. У них информация о подписании соглашения прошла быстрее, чем у нас, и они приехали к нам, для того чтобы инвестировать в развитие логистической инфраструктуры, строительство дополнительных мощностей и в создание дополнительных рабочих мест, – говорил Алексей Цыденов.

То есть Бурятия превращается в некий логистический центр, транспортный узел, соединяющий Запад и Восток. О выгодном транспортном расположении региона говорилось много и долго, однако только сейчас появились решения, позволяющие использовать географические возможности для развития экономики.

Осторожнее с китайцами

Конечно, с развитием транспортной инфраструктуры, по логике, должен увеличиться и турпоток. Правда, туристическая инфраструктура у нас пока еще только в планах. Главная надежда здесь возлагается на «Байкальскую гавань», которая едва не была «похоронена» федеральными властями. Как известно, ее передали на уровень республики, наделив региональные власти полномочиями по управлению, выбору инвесторов, принятию решений. А заодно и ответственностью за ее эксплуатацию и содержание.

– Была проведена ревизия тех инвестсоглашений, которые были в «Байкальской гавани». Практически все они не реализовывались. Но сложно предъявлять претензии к инвесторам, потому что у проекта было неопределенное будущее. Сейчас мы дали инвесторам возможность либо переподтвердиться, либо они освобождают землю, и мы привлекаем новых инвесторов. Сейчас уже пошли новые предложения, – говорил Алексей Цыденов.

Среди желающих зайти – китайские инвесторы. Но с ними, по словам исполняющего обязанности главы, нужно серьезно оговаривать условия взаимодействия.

– Есть практика, когда есть гостиница, принадлежащая китайским инвесторам.  Приезжают китайские туристы. Они рассчитываются за проживание китайской карточкой. И расчет идет Пекин-Пекин. То есть средства не проходят через нашу финансовую систему. И деньги сюда заводятся только на содержание гостиницы. Понятно, что такие обороты не создают налоговой базы, то есть нам такой формат бизнеса не интересен. Мы не Родину продаем, мы все-таки экономику развиваем, – отметил он.

Кроме прочего, с федеральным Минэкономразвития обсуждается расширение «Байкальской гавани» через включение в нее территорий Кабанского района.

Чуда не будет

Много говорилось об экономических проектах, о расширении производственной линейки авиазавода, о развитии территории опережающего развития в Селенгинске и так далее. Достигнутые договоренности позволяют ощутимо нарастить собственные доходы бюджета. Впрочем, бюджетный вопрос в республике до сих пор стоит достаточно остро.

Расходы бюджета сегодня – 51 миллиард, собственные доходы – 23 миллиарда. Примерно 25 миллиардов нам дает федеральный бюджет, еще три миллиарда – кредиты. Картина нерадостная, но варианты развития есть.

– У нас действительно социальный бюджет. При всем желании мы от этого не увернемся. Мы не можем сказать, что все, мы учителям не платим, а вкладываем в развитие высокотехнологичного производства. Хотелось бы вкладывать в высокотехнологичное производство, но не в ущерб таким отраслям, как образование, здравоохранение, – отметил Алексей Цыденов. – Нужно развивать инвестиционную привлекательность не за счет бюджета, а за счет таких решений, как снижение тарифа, налоговые преференции, за счет более тесной работы с монополиями, такими как Россети, РЖД и другие. Мы понимаем, что не все и всегда требует бюджетных денег. Конечно, с ними легче. Но будем исходить из тех реалий, которые имеем.

Впрочем, учитывая принятые в последнее время решения, настрой у правительства Бурятии оптимистичный: рост доходов будет. Возможно, не в этом году, учитывая провальное первое полугодие, но в следующем – однозначно, заверяют региональные власти.

О повышении безвозмездных поступлений из федерального бюджета речи пока не идет. Хотя проект российской казны в Госдуме еще не сверстан, и сейчас говорить об этом смысла нет.

Пора быть активнее

Между тем многое будет зависеть от явки на грядущих выборах главы Бурятии. Как пояснил Алексей Цыденов, явка – это не просто статистика для Избиркома. Это ресурс, который позволяет лоббировать интересы республики на федеральном уровне.

– Нужна высокая явка на этих выборах. Для чего она нужна? Высокая явка показывает высокую политическую активность. Высокая политическая активность накладывает высокую политическую ответственность. А политическая ответственность обеспечивается только реальными делами. То есть, если ты плохо работаешь, то люди, как пришли все разом и поддержали, точно так же все разом и выскажут свое недовольство, – говорил он.

Чем выше политическая активность в регионе, тем внимательнее к нему относятся федеральные чиновники. То есть если население инертно и выражает свою политическую волю через выборы вяло, то и в Кремле на такой регион смотрят сквозь пальцы. И наоборот.

– Высокая явка на выборах – это ресурс для решения вопросов на самом высоком уровне. Когда есть поддержка населения, когда есть его позиция, решать вопросы проще, – продолжал Алексей Цыденов. – Там очень четко отслеживают. Если регион активный, то на него обращают внимание, его поддерживают, ему выделяют финансирование. Слышат по-другому. Поэтому очень важно, чтобы была высока явка. Я сейчас не призываю за кого-то конкретного голосовать. Я призываю прийти и проголосовать. Сейчас важно, чтобы люди пришли.

Таким образом, экономические решения, касающиеся Бурятии, накладываются на политику и гражданскую позицию населения региона. Развитие республики теперь зависит не только от власти, но и от людей, приходящих на избирательные участки. Как ни крути, мы зависим от федерального центра. И, чтобы привлечь его внимание, нужно показать, что местные жители могут и хотят влиять на политику.

Станислав Сергеев, «Номер один»
^