25.11.2017
Чиновники в очередной раз схлестнулись с депутатами Хурала из-за ТГК-14

Минэнерго и РСТ изо всех сил пытались доказать, что монополист – честен и чист, аки агнец. Депутаты не верили. В итоге чиновники отстояли интересы компании. Зачем – судить не нам.

Про кошек и лошадей

Бой Хурала против ТГК-14 продолжается. В прошлом номере мы рассказали про первый раунд батла, где депутаты возмутились тем, что монополист не платит налог на прибыль, одновременно отсуживая сотни миллионов у УФАС, которые потом закладывает в тариф. Там же минэнерго Бурятии обвинили в том, что ведомство, вместо того чтобы разобраться с жадно поглощающей деньги компанией, защищает ее и пытается оправдать.

Немного подумав, чиновники минэнерго решили пригласить на следующее заседание рабочей группы Хурала по бюджету главного бухгалтера ТГК-14. Что и было сделано.

– В планах на 2017 год налог на прибыль действительно будет составлять ноль. По 2018 году у нас получается ноль, – под неодобрение депутатов констатировала она.

Далее представитель ТГК-14, активно используя бухгалтерскую терминологию, попыталась объяснить, что на самом деле компания получит прибыль почти 100 миллионов. Но вся эта прибыль пойдет на погашение убытков, которые несет компания. И вообще, с 2015 года компания не видит прибыли совсем. А все из-за последствий аварии на ТЭЦ-1, которая случилась несколько лет назад.

Далее мы предлагаем вниманию читателей очень короткую пьесу. Действующие лица: депутат Хурала Сергей Бужинаев, замминистра энергетики Бурятии Алексей Назимов и главбух ТГК-14. Итак:

Сергей Бужинаев:

– Когда был Алферов (прежний гендиректор ТГК-14. – Прим. авт.)… Это был 2014-й или 2015 год… У вас была прибыль под 300 миллионов. Все получили приличные бонусы. Так вы что, не планировали, что ли? Взяли чистую прибыль и по акционерам раскидали!

Главбух:

– Не забывайте, что когда у нас случилась авария на ТЭЦ-1, у нас был миллиард с лишним убытков, эти убытки же закрываются.

Сергей Бужинаев:

– Авария на ТЭЦ-1 случилась по вине жителей, что ли? Это ваши проблемы же.

Главбух:

– Законодательство никто не отменял же…

Сергей Бужинаев:

– Пишут: «кошка забежала в подстанцию». Ладно, хоть лошадь не забежала туда!

Алексей Назимов:

– При Алферове не было пожарной дружины, а это же экономия…

Сергей Бужинаев:

– Надо экономить не за счет пожарной дружины, а за счет зарплаты персонала высшего состава! Там деньги-то – мама, не горюй!

За сим повествование в формате пьесы мы прекращаем. Однако точку в конфликте ставить еще рано. Ведь был еще и второй раунд, где руководитель Республиканской службы по тарифам (РСТ) Борис Хмелев одновременно пытался показать, что он против ТГК-14, попутно защищая компанию от нападок парламентариев.

Инвестиции за счет жителей

Раунд состоялся на другом заседании той же бюджетной рабочей группы Хурала. Здесь уже рассматривали не налоговые доходы, а непрограммные расходы. На заседание пригласили обозначенного выше Бориса Хмелева. Он должен был объяснить депутатам, почему ТГК-14 закладывает 200 миллионов рублей в тариф. И что делать с монополистом, чтобы от него было больше пользы.

Про историю, как ТГК-14 обратилась с жалобой в Федеральную антимонопольную службу (ФАС) и выиграла 200 миллионов, которые лягут в тарифы на тепло и горячую воду, мы подробно писали в предыдущих номерах. С тех пор ничего не изменилось: Борис Хмелев по-прежнему рассказывает, что он был против такого решения, но ничего не поделаешь: решение федералов – закон.

В оправдание он рассказал, что в последние годы тарифы для ТГК-14 показывают минимальный рост, а по России Бурятия по величине тарифов – крепкий середнячок. Что дало депутатам повод для дискуссии.

– Когда вам выгодно, всем отраслевым министерствам и ведомствам, вы сравниваете с другими городами нашей Российской Федерации. «Не выше, не выше…» А если по доходам, вы все молчите, что мы – самый низкодоходный регион, убыточная республика, – начал обличать Сергей Бужинаев.

И напомнил историю: как в Бурятию заходила ТГК-14, что обещала и к чему мы в итоге пришли.

– Они как говорили: вот мы такие мощные, мы уже имеем опыт работы, наработки. Тариф будет увеличиваться, но не более определенного процента. Все остальное, в том числе инвестпрограмма, будет делаться за счет нашей мощной компании. И, конечно, все голосовали, чтобы они сюда пришли. А когда они сюда зашли, оказалось, что вся их инвестиционная программа заточена на повышение тарифа, – продолжал депутат.

Про низкий уровень доходов Борис Хмелев не нашелся что ответить. Но рассказал, что в соседних регионах цены на товары и услуги выше, как бы намекая, что не столь важно, чтобы здесь было хорошо, главное, что у соседей – плохо.

По поводу договоренностей 2008 года руководитель РСТ рассказал, что ТГК-14 в свое время выкупила ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2 за четыре миллиарда рублей. Эти деньги пошли на модернизацию сетей и оборудования.

– Большая часть средств уже освоена. Мало кто знает, седьмая турбина была полностью разрушена. Они ее полностью восстановили. Эти средства не ушли в сторону. ТГК-14 деньги вложила, часть обязательств по инвестиционной программе у них еще осталась, – защищал монополиста начальник РСТ.

В Чите – хуже

Продолжая тему «у соседей все плохо», Борис Хмелев, в ответ на вопрос депутатов рассказал, почему в Чите тариф на тепло ниже, чем в Улан-Удэ.

– Объясняю. Тарифы на тепловую энергию в Чите ниже для населения, чем в Бурятии. У них – около 1200, у нас – 1900. Но мало кто знает, что у них тарифы на тепло для прочих потребителей – для бюджета, для бизнеса – 3,5 тысячи. У них перекрестное субсидирование. То есть у них за население большую часть платят прочие потребители. Поэтому у них бизнес постоянно поднимает вопрос. Причем рост для бизнеса у них в год – 35–45 процентов. Там бизнес уже рвет, грубо говоря, – взахлеб рассказывал Борис Хмелев.

Кроме того, в Чите, пытаясь занизить тариф для населения, субсидируют выпадающие доходы из бюджета. Ну, и мощность выработки электричества у них в три раза выше, чем у нас. Если запустим ТЭЦ-2 на полную мощность, тоже сможем снизить тарифы.

Также руководитель РСТ еще раз напомнил, что тарифные решения принимаются на уровне ФАС, и его ведомство здесь ни за что не отвечает.

– А для чего вы нам нужны в Бурятии, если ФАС этим занимается? – вопрошала депутат Екатерина Цыренова.

– Что такое тарифное дело? Конкретно по ТГК-14: это 60 вот таких вот папок документов. Это бухгалтерская отчетность, статистическая. Мы анализируем, насколько они обоснованы.  А там по каждой затрате, по ремонту, там десять документов должно быть, – пытался объяснить значимость своей работы Борис Хмелев.

– В результате мы идем на соглашательскую позицию, – не унималась Екатерина Цыренова. – Мы должны на самом деле связывать тарифы с уровнем жизни населения. С доходами, которые мы имеем. Мы можем сидеть, утверждать постоянно и получать то, что мы имеем. А все это падает куда? На население.

И здесь Борис Хмелев не нашел что ответить. Сначала он попытался провести экскурс в историю, где жители платили по две копейки за электричество, а промышленность – в пять раз больше, чем в Иркутске. Потом рассказал о проблемах монополиста, которого он в своих речах то защищал, то обвинял.

– Предприятию для прохождения зимы надо столько-то топлива. Топлива мы меньше дать не можем. Если мы дадим меньше топлива, то у них опять не хватит денег, – оправдывал он ТГК-14.

Денег мало не бывает

На это депутаты снова вернулись к вопросу зарплаты руководства ТГК-14, посоветовав чиновнику более внимательно изучать денежные вознаграждения топ-менеджеров.

– Что касается зарплаты. Мы знаем, что в советское время было штатное расписание: сколько получает специалист, начальник отдела, вплоть до директора. «Штатка» вся была расписана. Почему ее на федеральном уровне отменили? Ее отменили. У меня тогда к вам теперь просьба: вы выйдите на федеральный уровень с предложением, чтобы эту тарифную сетку для любой организации восстановили, – отреагировал Борис Хмелев.

Между тем Сергей Бужинаев решил поднять тему качества и количества ремонтов сетей ТГК-14. А точнее, их контроля.

– По итогу отопительного сезона 2016–17 годов возник вопрос по составляющей ремонта. Там только сумма оговаривается. А сколько метров сделано? Там действительно проблема большая была. Там как такового контроля не было. Они обещали создать какую-то структуру. На 200 миллионов можно два метра сделать или 200 метров, – говорил депутат.
И снова Борис Хмелев ушел от ответа, попытавшись защитить «бедную» компанию-монополиста, которая недополучает десятки миллиардов рублей.

– На самом деле средств, заложенных на ремонт и реконструкцию, их очень мало. Ведь мы же говорим о комплексной модернизации сетей. Это десятки миллиардов рублей. А у них на все дается 3,8 миллиарда рублей. Там всего 12 процентов на ремонт. Если я буду включать в тариф деньги, необходимые на ремонт всех сетей, тариф подскочит в десять раз, – сокрушался он. И добавил, что модернизацию сетей можно провести только за счет государства.

Таким образом, после нескольких раундов боя стороны не пришли ни к чему. Чиновники исполнительной власти стеной встали на защиту монополиста, отражая все атаки депутатов единым щитом. То ли ТГК-14, по мнению чиновников, действительно свято чиста перед народом, то ли в дело вступают лоббистские усилия компании – нам неизвестно. Известно лишь, что ситуация в жилищно-коммунальном хозяйстве Бурятии лучше не становится.

Владимир Пашинюк, «Номер один».
^