18.12.2017
Встреча с театральным критиком Глебом Ситковским закончилась скандалом

Пенсионеры, недовольные экспериментами современного театра, бурно выразили свой протест против изменений, произошедших в Русском драматическом театре с приходом художественного руководителя Сергея Левицкого. Выслушивать гневные речи и неприятные обвинения пришлось гостю из Москвы, известному театральному критику, члену экспертного совета крупнейшего Межрегионального театрального фестиваля-конкурса «Ново-Сибирский транзит», эксперту престижной театральной премии «Золотая маска», театральному обозревателю газеты «Ведомости» Глебу Ситковскому.

Смена поколений

Глеб Ситковский прибыл в Улан-Удэ для просмотра нашумевшего в Бурятии спектакля Сергея Левицкого «Ричард III» по пьесе Уильяма Шекспира в рамках конкурсного отбора на «Ново-Сибирский транзит». Помимо этого, театральный критик принял участие в проекте Русского драматического театра «Театральный лекторий». 10 декабря он выступил перед улан-удэнцами с лекцией «Споры о «Золотой маске»-2018: как работал экспертный совет, кого и почему выбрал».

Но лекция была не столько о театральной премии, сколько о том, что происходит сегодня в театральном мире. Эксперт отметил изменения, которые произошли в театрах шесть-семь лет назад. Видна большая разница между театром девяностых-нулевых годов и сегодняшним. Причем как в количественном плане, так и в качественном.

– Не было современной драматургии, влияний на театр других видов искусства, – говорит Глеб Ситковский. – Те, кто ходил в кино или в музей, и те, кто ходил в театр, – это были совершенно разные аудитории, которые не соприкасались между собой.

Театральный критик вспоминал времена, когда в театры, чье имя сегодня гремит по всей стране и за рубежом, никто не ходил, а сегодня выстраиваются очереди. В целом количество людей, которые ходят в театры, увеличилось с трех до шести процентов. Возросло количество спектаклей, участвующих в театральных конкурсах, изменилось отношение к провинциальным театрам, которые сегодня берут призовые места.

Причина этих изменений в том, что из театра ушла большая часть «старого» поколения – представителей театра, себя блюдущего, ограничивающего, каким он был в девяностые годы и ранее, и пришло новое. Эксперт назвал эти события «отложенным эффектом падения железного занавеса». В целом Глеб Ситковский обозначил современную ситуацию в театрах России как расцвет театрального искусства.

Вне рамок

Улан-удэнцам были показаны отрывки из наиболее интересных постановок России – «Дядя Ваня» (Театр имени Ленсовета, Санкт-Петербург), «Чук и Гек» (Александринский театр, Санкт-Петербург), «Барабаны в ночи» (Театр имени А. С. Пушкина, Москва), «Губернатор» (Большой драматический театр имени Г. А. Товстоногова, Санкт-Петербург), «Кузмин. Форель разбивает лед» («Гоголь-центр», Москва), а также из интерактивного спектакля немецко-швейцарской группы Rimini Protokoll «В гостях. Европа».

Стоит отметить, что художественный руководитель Русского драматического театра Сергей Левицкий анонсировал лекцию Глеба Ситковского следующими словами: 

– Театр имени Бестужева часто обвиняют в формализме, уходе от традиций, в «вольности интерпретации» классического текста, в отсутствии внятного месседжа, в провокационной подаче материала и прочем. Как правило, подобные претензии звучат не от профессионального театрального сообщества, а как от простого зрителя, представителей СМИ и блогосферы, так и от коллег внутри цеха. Проект «Театральный лекторий» как раз предназначен для того, чтобы дать зрителю иные ключи восприятия театрального искусства, расширить представление о том, каким может быть театр, на каких законах он основан, что изменилось в театральной практике за последние десятилетия, с чем связано желание театра изменить привычную систему коммуникации со зрителем и так далее.

Как пояснял режиссер, проект призван дать теоретическую основу под практическую деятельность театра: 

– Ведь современное театральное, как и все в целом современное искусство разрушило установившиеся конвенции, иерархии и законы, сформированные в прошлом, претерпевшие изменение через разные художественные течения. Даже такой вид авангардного направления, как постмодернизм, остался в прошлом. В сложившемся историческом контексте, вследствие кризиса интерпретационной режиссуры, когда искусство живо отзывается на события в мире, где проявляется усталость от линейных композиционных структур как в коммуникациях между людьми, так и в способах постижения окружающей хаотичной действительности, возникло новое явление в сценическом искусстве, которое сложно подогнать под определенные рамки.

Пропаганда или искусство?

Однако произошедшие изменения как в Русском драматическом театре, так и в целом в театральном мире России оказались по вкусу не всем. В конце лекции Глеба Ситковского, когда микрофон был передан пришедшим для вопросов эксперту, представители старшего поколения перешли на крик, вопрошая у театрального критика: «Разве это (новые постановки в Русском драматическом) – высокое искусство?!».

Некоторые, посмотрев представленные отрывки из спектаклей-номинантов на «Золотую маску», в абсолютно невинных сценах и вовсе увидели пропаганду нетрадиционной сексуальной ориентации. Например, в одном из спектаклей есть сцена, где актер поет песню. Пришедший на лекцию мужчина назвал голос актера женским, заподозрив в нем гея, в конечном счете сделав вывод, что «Золотая маска» пропагандирует геев, секс и тому подобное. Хотя актер просто пел.

И если вы сейчас, прочтя эти строки, улыбнулись и отмахнулись со словами: «Что за ерунда!», то стоит обратить внимание на события, происходящие в сфере культуры, не только в Бурятии, но и в целом России.

На лекции присутствовал, например, участник телевизионного конкурса «Синяя птица» школьник Андрей Цыдендамбаев, которого учителя обвиняют в том, что он захотел пиара и потому рассказал на конкурсе о давлении в его школе. Хотя логика действий Андрея была абсолютно проста и так же невинна, как сцена из спектакля, где актер просто поет: «Меня спросили – я ответил».

О том, что лучше не выделяться, не высказывать своего мнения и не пытаться ничего в этом мире улучшить, говорит и пример самого Сергея Левицкого, художественного руководителя Русского драматического театра.

Как журналисту, автору этих строк, часто приходится видеть, как после невинных публикаций о лидерах, которым удалось улучшить работу того или иного культурного учреждения, начинается их травля со стороны тех, кто против этих изменений, кто завидует, кто боится.     

И ведь эти истошные крики пенсионеров «Разве это высокое искусство?!», равно как и обвинения премии «Золотой маски» в пропаганде геев, давление на Сергея Левицкого, обвинения Андрея Цыдендамбаева, наконец, арест худрука «Гоголь-центра» Кирилла Серебренникова – это события одного порядка, причина появления которых – одна.

Очищение через страх и сострадание

– Предназначение искусства, в том числе театрального, – выводить человека из зоны комфорта, – говорит Глеб Ситковский. – Нам хорошо и уютно дома, но с приходом в театр должен произойти катарсис – очищение при помощи страха и сострадания. Это две эмоции, которые искусство будит на протяжении всего времени. Если вы спокойно прожили полтора часа на спектакле, вы не выросли.

Театральный критик также напомнил, что во времена Шекспира на сцене театра показывали «чернуху». Ведь Шекспир – это мясорубка, трупы, убийства. В античном театре сын совокупляется с матерью. Про Чехова современники говорили, что он будит не те эмоции у зрителя. А теперь это классика.

И эта классика занимает 50 процентов репертуара большинства театров России, которые боятся оттолкнуть зрителя, боятся экспериментировать и делать что-то новое. А остальные 50 процентов репертуара таких театров составляют «пошлятина и развлекуха». Эксперт назвал такую политику театров «затхлой политикой прошлого столетия».

Что касается спектакля Сергея Левицкого «Ричард III», для просмотра которого и прибыл в Улан-Удэ Глеб Ситковский, вердикт, войдет ли «Ричард III» в афишу «Ново-Сибирского транзита», будет известен позднее, а сам театральный фестиваль состоится в мае 2018 года на сцене Новосибирского академического театра «Красный факел».

Екатерина Лонская, «Номер один».
^