22.02.2018
Федеральные СМИ бьют тревогу о масштабных вырубках леса в Бурятии

19 февраля в «Новой газете» вышла статья «Топор лесной войны», которая рассказывает о катастрофических для страны последствиях от вырубки лесов, в том числе, силами черных лесорубов. 

По словам главы Министерства природных ресурсов Сергея Донского, за один только 2016 год размер ущерба, от незаконной вырубки, превысил 11 миллиардов рублей. И 77% от общего числа (1,3 миллиона кубометров) приходится на Сибирский федеральный округ.

Не от хорошей жизни

«Даже к этим цифрам специалисты в лесной отрасли относятся весьма скептически. К примеру, эксперты из Федерального агентства лесного хозяйства считают, что 70% преступлений такого рода остаются не выявленными. До правоохранительных органов доходит лишь треть всех случаев незаконных вырубок леса», –  сообщает «Новая газета».

В интервью изданию лидер общественной организации «Новая Энергия» Иван Логинов рассказал о причинах, побуждающих людей брать в руки топоры и пилы. 

– Люди массово уходят рубить лес не потому, что хотят сшибить большую деньгу или легко заработать. Труд лесоруба, легального или «черного», тяжел и опасен. У местных жителей просто нет иного выбора. Я проехался по всем прибайкальским территориям. Разговаривал с жителями двенадцати поселков. Люди в один голос говорят, что лес сейчас — одна большая проблема. Несмотря на то что они живут на Байкале, у них нет доступа к рыбным ресурсам. Даже вылов омуля, чем занимались многие поколения местных жителей, и то запретили. Люди там живут на грани социальной катастрофы. И единственное, что у них остается, — это заготовка леса.

Без спроса нет предложения

Схема, по которой работают «классические черные лесорубы», достаточно проста. Бригада граждан с бензопилами выходит в лес, как правило, недалеко от дорог или населенных пунктов, валит деревья. Проводит на месте первичную обработку, далее стволы попадают на лесозаготовительный пункт, откуда уже доставляются на ближайший полустанок. Затем нелегальная продукция грузится в эшелоны и в большинстве случаев движется в сторону государственной границы с Китаем.

Существенное влияние на незаконную заготовку деловой древесины оказывает политика в сфере лесопользования нашего южного соседа – КНР. Это основной потребитель российского леса. Поднебесная в последние годы весьма озабочена вопросами собственной экологии. В стране практически запрещена вырубка лесов, мало того, запущена программа по их восстановлению. А нехватку древесного сырья компенсирует Россия. Только по официальным данным, 64% (почти 13 миллионов кубометров) легально произведенной в 2016 году древесины было поставлено на экспорт в Китай.

Основной бизнес предприимчивые китайцы делают на переработке российской древесины. Свидетельство тому — огромное количество лесопилок, расположенных в пятидесятикилометровой приграничной зоне, естественно, не с нашей стороны. Попав с эшелонов на эти деревообрабатывающие предприятия, российский лес прибавляет в цене более чем в десять раз и реализуется потом на японских или американских биржах.

Однако катастрофические масштабы воровства леса (не так давно Россию сравнили с Камеруном по объему нелегальных вырубок) были бы невозможны без двух составляющих: зарабатывающих на этом чиновниках, вплоть до руководства регионов, и спроса на продукцию «черных лесорубов».

Гигантские доходы

Конечно, гигантская маржа интересует многих. И китайские дельцы, уже не стесняясь, осваивают приграничные российские территории. Под их контролем находится большинство так называемых пунктов приема древесины. В основном «черной». Ее китайские предприниматели скупают за наличный расчет. Далее через фирмы-однодневки,  не без помощи местных чиновников и сотрудников таможни, переправляют к себе на родину. 

Китайско-российские лесные ОПГ, по словам сотрудников правоохранительных органов, стали уже обычным делом. Именно они стоят на вершине пирамиды, в основании которой десятки тысяч «черных лесорубов» всех категорий. Причем, как говорят местные правоохранители, порой они прикрываются социальной значимостью своих «черных лесопилок»: ведь это работа для местных. Если ее не будет, преступность станет такой, что мало не покажется никому.

Трудно себе представить, чтобы такие масштабы воровства проходили незамеченными мимо сотрудников лесоохраны, чиновников на местах и выше, вплоть до руководителей регионов, полиции, сотрудников таможни, госконтроля. Даже бдительные гибэдэдэшники почему-то не замечают тысячи лесовозов, пылящих по дорогам в сторону железнодорожных станций с черным лесом.

Главе МПР Сергею Донскому остается лишь грустно констатировать, что за «последние три года ущерб от незаконной вырубки составил 30,8 миллиарда рублей». Хотя и министр, и все работники отрасли понимают, что эти цифры далеки от реальных. В действительности все гораздо хуже.

В статье рассказано и о мерах, предпринимаемых правительством России для решения проблемы: «В правительстве масштаб проблем с незаконными вырубками оценили. И, похоже, решили подойти к проблеме «черных лесорубов» комплексно, доведя контроль за лесом до уровня контроля над незаконным оборотом алкоголя, введя систему ЕГАИС. Глава Федерального агентства лесного хозяйства Иван Валентик рассказал о планах на будущее: 

«Опорные направления, или три «кита», на базе которых мы должны и дальше строить свою работу, — это использование современных технологий, активная помощь граждан и жесткий контроль над лесопользователями.

 Иркутская область — самая проблемная по масштабам незаконных рубок. Поэтому именно здесь весь прошедший год применялся комплекс мер борьбы с «черными» лесорубами, объединенный в пилотный проект».

Пилотный проект

Некоторые детали Рослесхоз раскрыл в ответе на запрос «Новой газеты»: «…проектом предусмотрено внедрение специальных идентификационных карт с радиоэлектронным чипом. Эти карты привязаны к конкретному лесозаготовителю и содержат информацию о месте, допустимых объемах заготовки и сопровождают каждую партию древесины до пункта ее приема, отгрузки или переработки. Данные идентификационные карты выдаются лесозаготовителям одновременно с приемом лесных деклараций, подписанием договоров купли-продажи лесных насаждений строго на установленный объем заготавливаемой древесины».

Одним словом, «черных лесорубов» предполагается победить с помощью новых технологий. При этом в правительстве совсем не говорят о том, как решить главную проблему: беспросветную бедность регионов, где население пополняет ряды «черных лесорубов». И это вопрос не только к федеральному центру, но и к главам регионов, к их социальной политике и усилиям по улучшению инвестиционного климата и созданию рабочих мест. Ведь если человек может прокормить себя только топором, то он все равно возьмет его в руки, несмотря ни на какие запреты.

Нельзя обойти вниманием и проблемы Байкала, которые обостряются в свете рубки лесов вокруг озера. Последствия работы «черных лесорубов» угрожают и водным ресурсам страны. А если задуматься, то и всей планете.

Удар по Байкалу

Иван Логинов уверен, что именно «черные лесорубы» и лесные пожары во многом виновны в обмелении главного хранилища пресной воды на планете — озера Байкал:

— У озера маловодный период — 20 лет. Все жители в один голос говорят: в озеро Байкал впадают более 300 рек и ручейков. Вот река Ина уменьшилась в два раза, река Баргузин тоже потеряла свою водность. Бесчисленное количество маленьких ручьев, которые питали Байкал, исчезли.  Если добраться до верховья этих речушек, то там обязательно будут вырубки, деляны. А лес — это аккумулятор влаги. Происходит опустынивание. Байкал способен к самоочищению. Но восстановить лес вокруг себя он сам не сможет. Даже крупные промышленные предприятия наносят ему гораздо меньший вред, нежели люди с пилой и топором. К промпредприятиям законодательство относится достаточно строго. Есть определенные нормативы, следят за выбросами отходов, фильтрацией воды. Что касается пилы и топора… Есть же разница, когда десять человек рубят деляну и когда почти все население выходит в лес. Это трагически влияет на ситуацию с Байкалом.

Редакции «Номер один» Иван Логинов пояснил,  почему именно к нему обратился журналист  из   федерального издания: «Видимо, журналисты  обратили внимание на акцию «Байкал, живи», которую проводила наша общественная организация «Новая энергия». Я рад, что про нашу организацию и про наши усилия в деле защиты Байкала  знают не только в Бурятии. Для нас это очередная возможность, теперь уже на федеральном уровне, рассказать о  ситуации в республике. Возможно, автору была не так интересна проблема Бурятии, ну что там, Бурятия – это 10% от заготавливаемого леса в Сибири, может, даже меньше, но я постарался помочь взглянуть на проблему шире». 

По словам Ивана Логинова, именно бурятский лес – эшелон защиты озера Байкал. Кроме того, республика живет по федеральным законам, и если законодательство изменится в сторону защиты леса, это скажется на всей стране, и в Красноярском крае, и в самой Бурятии. 

– Уровень Байкала сейчас низкий, и если основная причина – это засушливый период последних 20 лет, с которым люди ничего не могут поделать, то вторая, рукотворная причина низкого уровня Байкала – это масштабные вырубки лесов. Если посмотреть  на спутниковые снимки наших лесов, становится страшно. С земли масштаб  вырубленных лесов не так виден. Что мы оставим нашим детям и  внукам? Я рад, что федеральные издания подняли эту тему, и нам тоже пора  бить в набат, с этим нужно срочно разбираться, причем на уровне законодательства и борьбы с нелегальными лесорубами, – считает общественник. 

По мнению Ивана Логинова, проблему необходимо решать комплексно. Никто не призывает к полным запретам. 

– Я не призываю  все запретить, и жить как собака на сене, но необходима грамотная стратегия по лесозаготовкам в безопасных для природы местах и обширная программа по восстановлению лесов. И особенно нужно заботиться о наших гражданах, которые отнюдь не от хорошей жизни выходят на деляны. Забота о жителях должна прослеживаться на всех уровнях – на федеральном, на региональном и на муниципальном. Мы одни не сможем решать эту проблему,  необходима внятная государственная политика. Нужна программа по обеспечению трудовой занятости местного населения и  жесткий контроль над  поставками древесины в Китай, – подытоживает руководитель «Новой энергии». 

Станислав Сергеев, «Номер один».
^