10.05.2019
Семья погибшей в ДТП девушки не согласна с решением суда

Расследование резонансного дела длилось два года. И вот на днях Кабанский суд вынес приговор бывшему полицейскому, расчленившему девушку в ДТП: отбыть два года в колонии-поселении. Семья считает такое наказание для экс-полицейского чересчур мягким. 

Как это было

Напомним, в апреле 2017-го на жительницу поселка Селенгинск, мать двоих детей Марию Седунову совершил наезд молодой полицейский. От сильного удара осколки лобового стекла разрезали тело несчастной пополам. Вместе с верхней половиной трупа, которая залетела в салон автомобиля, водитель со своим другом скрылись с места происшествия. Затем он остановился возле соседнего села и попытался сжечь автомобиль вместе с останками. 

Спустя год после того страшного события сестра погибшей женщины Ирина Сурикова узнала, что уголовное дело закрыто и даже водительские права юному лихачу давно вернули. Публикация этой истории в «Номер один» вызвала большой резонанс, тему подхватили федеральные СМИ. В начале сентября глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин поручил передать уголовное дело о смертельном наезде полицейского на молодую женщину в Бурятии в центральный аппарат ведомства для дальнейшего всестороннего и объективного расследования. Также он потребовал провести служебную проверку и выяснить, насколько обоснованно было принято решение прекратить дело и почему не был должным образом проведен весь комплекс следственных действий. 

В апреле дело о смертельном наезде полицейского на женщину передали в суд. При этом обвинительное заключение по нему утвердил лично заместитель  генпрокурора России. Бывшего помощника следователя следственного отдела ОМВД России по Прибайкальскому району Бурятии Глеба Сергучева обвинили в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ (нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека).

Колоссальная работа

После вмешательства в эту историю высших полицейских чинов страны стало понятно, что теперь Сергучеву от ответственности не уйти. Как рассказала «Номер один» сестра погибшей Маши Седуновой Ирина Сурикова, к ней начали обращаться родственники водителя, предлагая деньги взамен на отказ от заявления. 

- Звонили его родственники. Предлагали деньги – миллион и свыше. Просили, чтобы я написала «отказную», чтобы он не сидел. Я отказалась. Пусть все будет по закону. Пусть его посадят. И он ответит за свои ошибки, которые  сделал и от которых отказывался на протяжении двух лет. Пусть все осознает, как мужчина. А в тюрьме будет работать и платить детям. И своему ребенку, и нашим детям. Все равны перед законом, - высказала свое мнение Ирина Сурикова. 

Узнав, какая колоссальная была проведена работа по данному делу, Ирина планировала лично встретиться и вручить благодарственное письмо следователю из Новосибирска, который проделал фундаментальную работу в Бурятии, чтобы подготовить дело к передаче в суд. 

- Он провел такую огромную работу! Были проведены все нужные экспертизы. Уже доказано, что водитель ехал с превышением скорости, что Машу действительно разрезало верхней рамкой лобового стекла. Все, как мы и думали. Проводились и эксперименты. С квадрокоптера снимали происходящее во время эксперимента. Купили даже куртку, как у Маши, чтобы все было, как тогда. Словом, скрупулезная работа проведена, результатом которой стали 12 томов дела. В Бурятии следователи такого никогда бы не сделали. Я очень благодарна ему, – признается Ирина. 

Правда, белые пятна, опять-таки «благодаря» нашим сотрудникам правоохранительных органов, все же остались. Ведь мужчину, приехавшего в полицию с повинной, несмотря на ощущаемый запах перегара, освидетельствовать на предмет алкогольного опьянения никто так и не стал. Соответственно, и доказать, был или нет водитель за рулем еще и пьян, сейчас уже никто не сможет. 

Странный вердикт

Приехать на суд лично Ирине Суриковой не удалось. Известие о решении Кабанского суда настигло женщину в Красноярске и, мягко говоря, шокировало ее. 

- Два года поселения за такое преступление - это вообще нормально? Я, когда услышала, и плакала, и рыдала. Мы так устали от всего этого, - делится своими переживаниями Ирина Сурикова. 

За два дня до суда мать Глеба Сергучева перевела на карту Ирины 350 тыс. рублей. Затем на суде родственники доказывали, что все два года, пока велось расследование, они всячески помогали семье погибшей Марии Седуновой. 

- Все выписки и квитанции я предоставляла следователям. Кроме вот этих денег, они до этого перечисляли примерно 55 тысяч. Конечно, о какой-то серьезной помощи говорить не приходится, - говорит Ирина. 

Понять рвение родственников экс-полицейского можно. Вот только сам обвиняемый открыто признается в том, что помогать детям, оставшимся без мамы, не намерен. 

- Его спросил наш адвокат на суде: «Ты будешь помогать детям, хотя бы до того момента, как им исполнится 18 лет?». Названа была сумма, примерно затрачиваемая на содержание двух малолетних детей. На что Сергучев ответил: «Нет, я ничего платить не буду!». 

Тем не менее суд постановил выплатить 800 тыс. рублей морального ущерба отцу погибшей девушки. Но дело ведь не только в деньгах. 

- Как мы бились, как мы поднимали общественность! Сколько бились и старались московские следователи, собрав 12 томов дела. И почти все даже было доказано. И скорость превышенная, и умышленный поджог машины вместе с телом, и другое. И вот теперь такой приговор, все насмарку! Это несправедливый приговор в крайней степени. Почему колония-поселение-то? Ну пусть бы два года тюрьмы настоящей дали. В СИЗО он просидел уже семь месяцев, а там считается день за два, сейчас подаст заявление на УДО и уже скоро выйдет на свободу, - говорит Ирина. 

Во время своего нахождения в СИЗО понял ли что-то, осознал ли свою вину Глеб Сергучев? Судя по его заявлениям на суде, вряд ли. Семье погибшей девушки придется воспитывать осиротевших детей, видимо, своими силами. 

Напомним, Ирина Сурикова взяла обеих дочерей погибшей сестры себе под опеку. Сейчас семья проживает в Красноярске. 

- Старшая девочка - Ульяна - до сих пор не может отойти. Каждый день говорит о маме, ждет ее. Лепим, клеим, рисуем - все для мамы. Со временем, наверное, лет через 5-10, может быть, ее отпустит, - надеется Ирина. 

Василиса Шишкина, «Номер один». 
^