10.02.2020
Как природоохранная политика России тормозит экономику республики

Жителям Бурятии, а также предпринимателям и организациям  запретили ловить не только омуль, но и соровую рыбу в озерах, признанных памятниками природы. Озера, получившие такой статус, представляют собой «уникальные примеры природных условий, ценные в научном, культурно-познавательном и оздоровительном отношении». С 1981 года по этому поводу действует Постановление Совета министров Бурятской АССР. 

Но при этом на озерах было разрешено рыбачить как любителям с удочкой, так и промышленникам – колхозам, а позже рыбзаводам и индивидуальным предпринимателям.

На Котокеле, например, до сих пор была разрешена промышленная рыбалка без закрепления участка - грубо говоря, кто где хотел, там и рыбачил. В советское время озеро было поделено на участки  и, будучи памятником природы,   находилось в ведении Бурятрыбпрома. То есть рыбу ловить в «памятнике» было можно. То же самое  и с другими озерами.

После запрета на вылов омуля  малое предпринимательство держалось за счет вылова соровой рыбы – не относящейся к особо ценной. Если на вылов омуля, хариуса устанавливаются общедопустимые уловы (ОДУ), то сазана, плотву, сорогу можно было ловить без ограничений. 

О запрете на ловлю рыбы

В июне 2019 года Министерство природных ресурсов Бурятии сделало благое дело: разработало проект постановления, запрещающего рыбалку на озерах-памятниках природы. 4 июня 2019 года постановление №292 было принято правительством Республики Бурятия. Под действие положения о памятниках природы регионального значения  попали озера Котокель, Большое Кичерское, Блудное, Сикили, Кулинда, Баунт, Бусани, Киран, Таглей и Соленое.

Назрела необходимость обновить старые акты Бурятской АССР и провести инкорпорацию, но сделать это в рамках действующего законодательства с учетом интересов пользователей не получилось.

- Дело в том, что все эти озера имеют рыбохозяйственное значение. Озеро Кичерское полностью закреплено за Нижнеангарским рыбзаводом, а рыболовные участки на границах озер Котокель, Баунт и Бусани - за индивидуальными предпринимателями. В соответствии  с постановлением правительства России  проекты о создании охранной зоны должны направляться на согласование территориальному Управлению Федерального агентства по рыболовству, но этого не было сделано, - говорит Роман  Гармаев, врио руководителя Ангаро-Байкальского территориального Управления Федерального агентства по рыболовству.

Чем чреват запрет?

Как считают в Управлении, постановление наносит урон экономике Бурятии. И так предприятия-рыбопромышленники поставлены в сложные условия в связи с запретом на вылов омуля,   еще и запрещают рыбачить на озерах.

Есть приказ Федерального агентства по рыболовству, в соответствии с которым озера Бурятии являются рыбохозяйственными и рыбу в них ловить можно. Но новое региональное  постановление идет с ним вразрез.

В итоге  все оказались в интересном положении. Те, кто рыбачит, в соответствии с федеральным законодательством заключили договоры на рыболовство с Министерством сельского хозяйства Республики Бурятия. По ним Росрыболовство выделяет квоты на добычу рыбы и требует результата, а пользователь не может добывать, потому что правительство Бурятии выпустило приказ, запрещающий хозяйственную деятельность. И как должны действовать рыбаки - в соответствии с федеральным законодательством или региональным?

Доводы рыболовов

А если правда, что ловить рыбу в озерах-памятниках нельзя? Ведь, опуская невод, рыбак не гарантирует, что в сети не попадет какой-нибудь «краснокнижный» вид?

В ответ на эти доводы Ангаро-Байкальское территориальное Управление Федерального агентства по рыболовству дважды писало протесты, основанные на заключении научного института Госрыбцентра о том, что рыбалку на этих озерах проводить целесообразно.

Как настаивают в ведомстве, все озера – Бусани, Сикилит и другие  являются мелководными и склонны к застойным явлениям. Например, Котокель – озеро, склонное к заболачиванию. Гаффская болезнь, едва не уничтожившая озеро, по мнению специалистов Управления, возникла по причине нарушения аэрации и зарастания озера водорослями, а ловля рыбы сетями - хороший способ профилактики, потому что вместе с неводом вытаскивают и водоросли. Кроме того, благодаря рыбохозяйственной мелиорации, в которую входит очистка от водной растительности, изымаются хищные и малоценные виды рыб, что способствует сохранению водоема.

Детали упущены

Сегодня законодательством Российской Федерации хозяйственная деятельность разрешается на особо охраняемых территориях в соответствии с их положением.

- Наши соседи из Новосибирской области и Тывы прописывают в положениях по озерам либо запрет, либо разрешение рыбалки, оговаривая сразу более детально. А у нас опять проект разработали шаблонно, - говорят специалисты и настаивают на внесении изменений.

Кое-какие замечания Министерство природных ресурсов Бурятии учло, разрешив ловить рыбу для научных исследований. Но остальные протесты «рыболовов», по их словам,   проигнорированы.

По мнению самих рыбаков, в республике и так достаточное количество особо охраняемых природных территорий федерального значения, где земли изъяты из хозяйственного оборота.

- Промышленное рыболовство помогает людям жить. Но на этих озерах запретили даже рыбалку с удочкой. Даже на Байкале под охраной ЮНЕСКО рыбалка любительская и спортивная разрешена, – говорят рыбаки.

Любопытно, что после того  как вылов омуля разрешили только представителям коренных и малочисленных народов Севера (КМНС) и лицам, приравненным к ним, вылов омуля не сократился. Те же промышленные квоты и остались, только для определенной категории. И июньское постановление Минприроды на  КМНСников  тоже не распространяется.

- С запретом я остался без работы. Чем больше заниматься? Этот запрет и для озера плох, и для людей. Когда вылавливается определенное количество рыбы, она обновляется, меньше паразитов становится. И нам нужно детей кормить. А как теперь?  Летом в лес не выйти – пожарный период начинается с весны и до холодов. Местные в лес не ходят ни по ягоды, ни по грибы. Озеро было нашим последним кормильцем, а теперь… Получается, все нельзя, – говорит Николай Бирюков, предприниматель с озера Котокель.

Как сохранить озера от хищнической деятельности человека, при этом предоставив людям возможность пользоваться дарами природы, работать и жить достойно, предстоит решить.

Если возникает необходимость изъятия части особо охраняемых природных территорий, то обязательно должен действовать принцип компенсации ущерба в отношении природы и местных жителей. И при обсуждении возможных видов и размеров компенсации Министерству природных ресурсов, может быть, будет яснее целесообразность и актуальность запрета на ловлю рыбы именно в условиях нынешнего кризиса в РФ.

Диляра Батудаева, «Номер один».
^