07.06.2018
В Улан-Удэ школьников-инвалидов убрали с глаз долой
Школу для детей с инвалидностью в центре города собираются сносить

Окончание учебного года для родителей и детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) обернулось сюрпризом. Единственную общеобразовательную школу социальной адаптации детей-инвалидов из центра города переводят в 112-й квартал с потерей статуса и устава. Чем это обернется для детей, которым теперь предстоит добираться до места учебы в отдаленный район?
 
Маленькая школа №60 на Смолина, 51 стоит в самом центре и обслуживает детей со всех районов города. Учебное заведение стабильно занимает верхние позиции в рейтинге лучших в городе по уровню образования. Ребята тут учатся умные, подчас с интеллектом выше среднего.

У каждого ребенка своя горькая история. Здесь каждый так или иначе знает, что такое одиночество, которое начинается еще в раннем детстве. Тут учатся дети с разными заболеваниями, большинство из которых являются пожизненными. Кто-то выглядит здоровым, на ком-то болезнь оставила свой тяжелый отпечаток. Но чужие беды и внешние отличия не вызывают здесь насмешек. Никому не придет в голову смеяться, если одноклассник с нарушенной речью читает стихи, никто не унижает за увечья, хромоту, последствия заболеваний, лишний вес, вызванный употреблением гормонов. Здесь нет неравенства и нет «второсортности», которую ребенку с ОВЗ иногда навязывают в обычных учебных заведениях.
 
– Это уникальная школа. Именно здесь получилась настоящая инклюзия. Ребенок с аутизмом или ДЦП, общаясь с детьми, у которых диабет или астма, получает много больше. Здесь можно читать стихи со сцены, даже если есть проблемы с речью – никто не засмеется, – говорят родители учеников.
 
В 1993 году сотрудница ИУУ Светлана Забанова, сама мать ребенка с ОВЗ, добилась открытия школы. Именно тогда было положено начало уникальной системе работы с детьми, имеющими сложные дефекты развития, нарушения опорно-двигательного аппарата, расстройства акустического спектра и другие заболевания. И это достижение родители просят сохранить.
 
Дети-невидимки
 
Роза Балданова много лет потратила на борьбу за нормальное здание для ребят. Стала едва ли не врагом школьной администрации. Взяв под опеку внучатого племянника, она столкнулась с проблемами и не захотела с ними мириться.

– Я не могу смириться, что Миша должен учиться в здании, которое говорит об унизительном отношении к детям, которым и так досталось в жизни, – говорит Роза Дагбаевна в сердцах, выкладывая на стол толстенную папку всевозможных ответов разных инстанций, скопившуюся за восемь лет.
 
Несколько лет борьба Розы Балдановой оборачивалась для школьного руководства проверками, подтверждавшими, что учебное заведение давно нуждается в новом здании.
 
В ответ на действия Розы Дагбаевны руководство объясняло родителям, что это маленькое деревянное здание – единственный возможный вариант. Намекали, что у некоторых оно и без того как бельмо на глазу, потому лучше не качать права, а то последнее отберут. И родители соглашались.
 
Сегодня только 115 человек учатся в две смены, а остальные 421 находятся на домашнем обучении. Сколько действительно сидят по домам из-за отсутствия мест – этот вопрос Роза Дагбаевна задала в прокуратуре:
 
– Будь у нас нормальное здание, большинство из тех, кто сидит дома, ходили бы в школу!
 
Шантаж и склоки
 
Мечта о хорошем здании сбылась неожиданно и не тем боком. Прошел слух, что в центре города освобождается место под застройку, и одноэтажную постройку  по улице Смолина, 51, появившуюся еще до революции, будут сносить по предписанию прокуратуры, а детей с нового учебного года переведут учиться… в 112-й квартал.
 
После звонка корреспондента «Номер один» директору Любови Цыденовой удалось договориться о встрече с группой родителей. Звонок был в среду, а встреча была назначена на субботу. За это время администрация подготовилась, собрав подписи с родителей младших классов. Не обошлось без конфликта.
 
– Вы же добились своего? Что же вы теперь против?! – возмущенно спрашивал один родитель пенсионерку Розу Дагбаевну. – Вот вам, пожалуйста, все новое, а вы опять не хотите! А я буду возить своего ребенка туда, – говорил родитель первоклассника, которому пообещали, что в новой школе его сын будет учиться среди сверстников, а не на дому.
 
– Меня смущает, что о переводе детей мы узнали не от руководства. До сих пор не все родители об этом знают, общеродительское собрание проведено не было. Несколько дней мы пытались связаться с администрацией и прояснить этот вопрос. Когда, наконец, была назначена встреча с директором, школьная администрация срочно начала сбор подписей – «согласие на перевод». Формулировка тоже вызывает вопросы: «Если не подпишетесь, что согласны,  пойдете учиться по месту жительства». Это больше похоже на угрозу и шантаж, чем на желание прояснить ситуацию, – говорит Алена Викторова, мама одной из учениц.
 
Недоступная среда
 
Школа в 112-м квартале, на строительство которой затрачено более 700 миллионов рублей, даже за строительным забором выглядит прекрасно. В ней будут игровые, большая библиотека, мастерские и т.д. Но на встрече директор Любовь Владимировна Цыденова почему-то говорит про… пристрой:
 
– Пристрой как будто бы не соответствует санитарно-гигиеническим требованиям, является дополнительным к этому зданию, и специальных условий у него как будто бы тоже нет. Хотя там все для инклюзии как будто бы тоже есть. Так как у нас есть иск от прокуратуры, то комитет по образованию предлагает….
 
Так просторное здание или маленький, похожий на скворечник пристрой ждут детей с ОВЗ в 112-м квартале? И как ежедневно возить туда детей на автобусе из Тулунжи, со Стеклозавода, с ЛВРЗ и прочих районов?
 
– У меня эта ситуация вызывает много вопросов, на которые я не получаю ответов, – говорит Алена Викторова. – Во-первых, учреждение строилось для 112-го квартала с целью разгрузить учебное заведение №63 с тремя сменами. Просто наших детей из-за закрытия школы некуда деть, и власти решили засунуть их сюда. Волнует транспортный вопрос. Ездить далеко. Автобус на 20 человек, который обещают, что «может быть» выделят, проблемы не решит, даже если дети будут ехать стоя, лежа друг на друге. Что предлагается детям, которые не поместятся в автобус? Бежать за ним?
 
Кто станет лишним?
 
Новое здание рассчитано на 760 учащихся и действительно изначально было призвано обеспечить потребности 112-го микрорайона. И тут начинаются противоречия: не менее 130 мест, по словам Любови Цыденовой, которая уже назначена директором, должны занять ученики с ОВЗ. Но известно, что имеющаяся в квартале школа №63, рассчитанная на 600 человек, вынуждена справляться с объемом в 1400 учащихся. Куда пойдут эти «лишние» дети? И кто в итоге окажется лишним? – такими вопросами задаются родители. Вместе с переводом детей школа №60 теряет свой статус учебного заведения социальной адаптации детей-инвалидов.
 
– Если меняется статус и устав, то изменится и госзадание, по которому школа работает! – говорит бабушка восьмиклассника Роза Дагбаевна.
 
А ведь былой статус – социальной адаптации детей-инвалидов – давал возможность учить детей в классах по восемь-десять человек, уроки длились 35 минут, имелась возможность индивидуального обучения. 150 педагогов за 25 лет наработали уникальный опыт обучения детей с особенностями развития.
 
– Этот формат сохранить не получится. Классы будут увеличиваться за счет здоровых детей, и у учителей уже не будет возможности на уроке поработать с каждым нашим ребенком индивидуально. Уникальный подход к детям-инвалидам будет утрачен. Оплачивать тьюторов школа не может, да и нет их в республике в необходимом количестве, – говорит Алена Викторова.
 
Если раньше школьное руководство спорило с Розой Балдановой в судах, то теперь неожиданно согласилось. Вдруг стало на руку то, что «школа находится не в лесном массиве, без безопасного подхода и кабинет информатики не смотрит на северо-восток», и «площадя» отсутствуют».

– Почему вопрос не ставился таким образом до момента, пока перед директором маленькой школы для детей-инвалидов не забрезжила перспектива стать директором большой, новой общеобразовательной школы? – задает вопрос «неугомонная» Роза Дагбаевна.
 
Родители помнят, как прежде дирекция говорила о необходимости здания в центре и только в центре, а теперь предлагает каждому, кто жалуется на отдаленность, идти устраиваться в учебные заведения по месту жительства.

Хотя чиновники не раз обещали, что новая школа для детей с ОВЗ будет построена в том же районе. Но, видимо, планы «переиграли» под более выгодные проекты.

Об инклюзивном образовании
 
Сегодня условий для инклюзивного образования детей-инвалидов (специально обученный педагогический персонал, архитектурная доступность, спецтранспорт, адаптированные образовательные программы, специальное оборудование для обучения) в Бурятии нет.

Многие уже имели опыт обучения в классах по 30–35 человек, где никому нет дела до ребенка с ОВЗ. Учителю элементарно не платят за то, чтобы он где-то повторил или обратил внимание на такого ребенка, который недослышит, плохо видит и т.д. Учителю некогда. Порой проще ставить двойки, лишая детей уверенности в своих силах.

К тому же, по опыту Алены Викторовой, перспектива обучаться совместно с детьми с ОВЗ нравится далеко не всем родителям здоровых детей:

– С каким отношением придется столкнуться нашим детям? Если такое отношение у взрослых людей, то и у детей будет негативное восприятие. К толерантности общество еще не готово. Для меня важно, чтобы моя дочь училась в спокойной психологической обстановке. При ее заболевании от стресса она просто уходит в себя.
 
Раскол среди родителей
 
Новость о закрытии учебного заведения разделила родителей на два лагеря. Одни радуются новому зданию и обещанной возможности отправить детей, находящихся на домашнем обучении, в школу. Другие обеспокоены ее новым форматом и удаленностью от центра.

Дирекция настроена решительно и собирает подписи «за переезд», грозя тем, что несогласных удерживать никто не станет. По словам директора Любови Цыденовой, на педсовете был рассмотрен каждый родитель и его ребенок по вопросу, сможет ли он учиться в новом заведении. Перспектива быть изгнанным и вновь остаться за бортом заставила многих роптать лишь по группам в вайбере, не выражая явного несогласия с ситуацией. Говорить открыто люди боятся, опасаясь мести.
 
– На мой взгляд, для решения этой ситуации нужно учесть интересы всех детей-инвалидов. Желающие вместе с директором могут уйти, но и для тех, кого не устраивают новый статус и удаленность, должна быть найдено решение в центре города с прежним форматом обучения – «школы социальной адаптации детей-инвалидов», – считает Алена Викторова.
 
Получается, одним детям строят по федеральному проекту, а другим предлагают учиться в малоприспособленном здании или в пристрое. Зато буква закона выполнена. А то, что нелегко ездить к восьми утра в отдаленную школу, имея ослабленное операциями здоровье, слабую нервную систему, передвигаясь на костылях, уставая от пересадок и пробок на железнодорожном переезде, похоже, чиновников не волнует.  Проще отправить их всех в обычные школы, чтобы отнять у этих детей не только детство, но и будущее.

P. S. На запросы «Номер один» в министерство образования Бурятии, комитет образования с просьбой разъяснить ситуацию ответов не последовало.

Диляра Батудаева, «Номер один»
Фото: «Номер один»
^